«Обыкновенная история»: «Мосбилет» — об ожидаемой премьере в «Табакерке» и о режиссере, за которым интересно наблюдать

В Театре Олега Табакова начались репетиции «Обыкновенной истории» по роману Ивана Гончарова в инсценировке Виктора Розова. Для Севастьяна Смышникова это третья режиссерская работа в театре — после спектаклей «Позывной Тишина» и водевиля «Нежное сердце». Рассказываем, как создается премьера, как актер становится режиссером, почему не романтизирует профессию и что для него значит наследие Олега Табакова.

«Театр — это работа»

В афише Театра Олега Табакова соседствуют документалистика, водевиль и большая русская классика. Это разнообразие создают люди, которые чувствуют время и умеют превратить его в историю. Севастьян Смышников — из таких. Сегодня он успешный режиссер и артист, но его связь с театром началась задолго до поступления в театральную школу — еще в детстве. Папа играл на сцене, и мальчика часто не с кем было оставить. Так театр стал для него не местом, куда приводят на праздник, а вторым домом — с концертными буднями, репетициями и закулисьем.

«Я с детства знаком со всеми процессами театра: смотрел и рабочие варианты постановок, и репетиционные, знал, как ведут себя артисты на сцене и за ее пределами, как ведет себя режиссер, как вся труппа общается», — вспоминает Севастьян Смышников. На профессиональную сцену он впервые вышел лет в восемь — у него была небольшая роль без текста: мальчик с гармошкой, введенный «с руки папы». С этого момента Севастьян увидел театр объемнее — не только глазами наблюдателя, но и как начинающий актер. Опыт лег в основу его взгляда на профессию — без магии театра, но с реализмом и отношением к искусству как к работе.

«Атмосфера театра, которая меня окружала, сошла на нет. Есть удовольствие от того, что ты владеешь телом на сцене, речью, голосом в момент исполнения. Но за этим — работа. Много работы. Я не из тех, кому все достается легко», — говорит Севастьян.

В этих словах нет разочарования — есть твердое понимание человека, который знает цену и труду, и любви к делу. Характер закалил и спорт — 11 лет бальных танцев. Они закрепили в сознании истину: за любым красивым результатом для зрителя стоит множество тренировок и постоянное самосовершенствование. Тот же принцип Севастьян Смышников перенес и в профессию: «Я про себя точно понял: я не из этой когорты людей, кому все дается в легкости. Если перестану работать с той же интенсивностью и рвением, то достаточно быстро упаду». Дисциплина, воля, терпение — качества, которые Севастьян называет «неприятными, но необходимыми». «Я солдат в отношении труда. Мне нужна дисциплина — как минимум внутренняя», — признается он. Так говорят не о вдохновении, а о цене, которую платит артист, желающий долго оставаться в профессии.

Руки в краске: от актера к режиссеру

Дисциплина, о которой Севастьян Смышников говорит как о необходимости, ярко проявилась уже в школе. После девятого класса, в 15 лет, он поступил в Театральную школу Олега Табакова — учился на актера: репетиции, разборы, выходы к зрителю. На третьем курсе открылась еще одна грань — режиссерская. Севастьян поставил «Мысль» Леонида Андреева, сам сыграл главную роль и собрал спектакль со своим курсом. Это была первая самостоятельная работа, где он отвечал не только за себя, но и за людей, пространство и смысл. Осознание нового творческого этапа пришло во время работы. Для сценографии «Мысли» требовалось подготовить кровать: «Помню, сижу в подвале: только там можно было спокойно красить и никому не мешать. Крашу кровать для спектакля — руки в краске. И думаю: а ведь я точно знаю, что все это сделал я — в прямом смысле слова. Материально — собственными руками», — рассуждает Севастьян Смышников.

Однако «Мысль» осталась студенческой пробой — важной, но еще не профессиональной. Режиссерская биография Смышникова началась позже, после выпуска из школы, и сразу пошла параллельно с актерской. Его приняли в труппу Театра Олега Табакова, Владимир Машков доверил главную роль в постановке «Страсти по Бумбарашу». Спектакль музыкальный: нужно играть, петь и танцевать одновременно. Работа получилась заметной — и не отменила режиссуру, а обогатила ее: этот опыт Севастьян привнес в свою первую профессиональную постановку — «Позывной Тишина», вышедшую в «Табакерке».

«Позывной Тишина»: история, которая попала в сердца

«Позывной Тишина» — документальная драма, монолог-исповедь. В основе сюжета — история человека, который в наши дни уходит на фронт добровольцем. Бой и предательство близкого, ранение и госпиталь, встреча с любовью — и возвращение к себе.

Спектакль нашел отклик у зрителей, а постановка принесла Севастьяну «Золотую маску» в номинации «Драматический театр. Малая форма». В 25 лет он получил главную театральную награду страны за первую профессиональную режиссерскую работу. «Золотая маска» в таком возрасте — редкий случай, подтверждающий, что дисциплина, сила характера, вера в себя и сюжет постановки дают свои плоды. Важно, что, работая над спектаклем, Смышников отвечал за артистов, пространство и декорации — и при этом сам выходил на сцену.

Новые горизонты: водевиль «Нежное сердце»

После успеха можно было остаться в документальном жанре, но Севастьян выбрал противоположное направление — и второй его постановкой стал водевиль «Нежное сердце» по произведению Владимира Соллогуба: легкая комедийная пьеса с музыкой, песнями и танцами. Жанр он считает сложным: музыка, текст, шутка и отношения должны работать вместе.

«Водевиль забыт, потому что многие не знают, как его делать. Я не говорю, что знаю, но чувствую эту историю как артист», — объясняет Севастьян.

Спектакль он называет «большим анекдотом» о сельских пороках, где за яркой формой прячется рассказ о человеческих слабостях. В центре сюжета — Александр, представитель тогдашней золотой молодежи: отец привозит его в Петербург, чтобы выгодно женить. Но в доме оказываются сразу три девушки, готовые побороться за нежное сердце жениха. Путаница, сватовство, музыка и точная шутка — все это рядом с серьезным разговором о том, как легко не заметить слабость в себе.

В цвете пыльной розы: смотрим «Нежное сердце» в Театре Олега Табакова с «Мосбилетом»

Вдохновение Севастьян искал не в театре, а в живописи: «Меня привлекает то, чего я не понимаю. Например, Эгон Шиле: в его негативных, психоделических изображениях — человеческие пороки. И это становится смешно, потому что мы как раз высмеиваем эти пороки. А еще Эдуар Мане — его полутона, пастель. Такой спектакль легко разрушить грубыми мазками, а нам нужны были именно полутона: человек вроде говорит неприятные вещи, но он безумно обаятельный».

После реализма и водевиля Севастьян перешел к новой работе — спектаклю «Обыкновенная история», премьеру которого готовит в декабре.

«Обыкновенная история»: что ждать зрителям?

У этой пьесы почти легендарная судьба. В 1966 году Олег Табаков сыграл главную роль Александра Адуева в «Современнике» в постановке Галины Волчек. Эта работа стала по-настоящему судьбоносной: ради нее Табаков пошел против рекомендаций врачей. В 29 лет на фоне репетиций он перенес тяжелый инфаркт, но вернулся к работе — и позже был удостоен Государственной премии СССР. Спустя почти четверть века, в 1990-м, Табаков сам поставил «Обыкновенную историю» на сцене театра-студии на Чаплыгина — сегодня это историческая сцена Театра Олега Табакова. И вот теперь театр вновь возвращается к пьесе — уже в версии Севастьяна Смышникова.

Интересно, что изначально Смышников готовился к исполнению главной роли: он читал роман именно с прицелом на образ Адуева. Однако после разговора с художественным руководителем Владимиром Машковым стало ясно: Севастьян возьмется за постановку в качестве режиссера. Перечитав произведение заново, он увидел не привычный сюжет о смене эпох и не классический спор «отцов» и «детей». В центре внимания оказался человек, который всю жизнь был уверен в собственной правоте — и однажды с болью осознал: все, во что он искренне верил, оказалось ложью. Это внутреннее крушение, по мысли режиссера, страшнее любого внешнего поражения, и именно оно станет главным нервом спектакля.

Уже сейчас, на репетициях будущей премьеры, видно, насколько точно выстроен актерский дуэт. В роли Александра Адуева — Артем Малахов, и попадание в образ считывается сразу. Его Адуев — красивый, наивный, с горящими глазами: именно таким хочется видеть героя на пороге больших надежд. Напротив него — заслуженный артист России Евгений Миллер в роли дяди, Петра Ивановича Адуева. В его исполнении герой получился строгим, сдержанным, познавшим жизнь. Этот контраст становится смысловым стержнем постановки: столкновение юности и прагматизма зрелости, наивности и пресыщенности жизнью. Смышников тонко чувствует эту полярность и бережно передает ее артистам: зритель увидит не просто конфликт поколений, а две крайности человеческой души — состояние, когда ты либо опьянен амбициями и веришь даже в невозможное, либо уже пресыщен и мнишь, что все на свете видел.

При этом спектакль не превращается в тяжелую мораль. Хотя постановка заявлена как драма, в ней немало тонких комедийных штрихов — тех самых деликатных моментов, которые вызывают улыбку. Именно такие детали помогают говорить о серьезном без надрыва и излишнего пафоса, снимают внутреннее сопротивление и делают сложные переживания ближе и понятнее.

Зритель станет внимательным наблюдателем за историей, которую ему бережно рассказывают. Наблюдая, он неизбежно спросит себя: а как правильно жить? И как живу сейчас я? Пожалуй, ради таких вопросов и стоит приходить в театр — чтобы вместе с артистами прожить этот противоречивый сюжет и почувствовать его во всей полноте.

Билеты на спектакли «Позывной Тишина», «Нежное сердце» и другие постановки Театра Олега Табакова можно купить в сервисе «Мосбилет».

Узнавайте о спектаклях, концертах, выставках и других интересных мероприятиях в официальных каналах «Мосбилета» в мессенджерах «Макс» и «Телеграм».