«Волшебная шкатулка, в которой целый мир»: как устроен Музей К.Г. Паустовского в Кузьминках
Поэт Борис Чичибабин, побывав в деревянном флигеле усадьбы Голицыных, где сегодня располагается Музей К.Г. Паустовского, сказал: «Здесь обрела свое пристанище, бродит, грустит, радуется душа Паустовского». Парадокс в том, что сам писатель никогда не переступал порог этого дома. И все же сегодня «Серая дача» стала точкой притяжения для поклонников таланта Константина Паустовского со всего мира. Почему дом садовника, построенный по проекту архитектора Джованни Баттисты Пиранези, воспринимается как мемориальный и как на 80 квадратных метров экспозиции удалось разместить целый художественный мир — в разговоре с директором музея Анжеликой Дормидонтовой.
От школьного кружка до народного музея: как рождалась коллекция
История музея начинается в 1975 году, когда учительница литературы Зоя Квитко вместе с учениками школы № 456 создала кружок по изучению творчества Константина Паустовского. Школьники не ограничивались чтением: они ставили спектакли, отправлялись в экспедиции по местам жизни писателя — от Солотчи до Севастополя, встречались с его родными и друзьями. Собранные материалы — фотографии, письма, воспоминания современников, личные вещи — быстро вышли за рамки школьного проекта.
К инициативе Зои Квитко подключились те, кого писатель учил мастерству в Литературном институте имени А.М. Горького: Юрий Бондарев, Владимир Тендряков, Борис Балтер. Булат Окуджава, хотя и не был студентом его мастерской, называл Паустовского богом и считал себя его учеником. Актер Алексей Баталов, близкий друг писателя, также принимал активное участие в создании музея. Семья Константина Паустовского передала личные вещи. Так общественный музей обрел создателей — людей, для которых память о писателе стала делом жизни.
Сначала экспозиция ютилась в клубе. В 1984-м музей получил почетное звание народного, а спустя два года и постоянное здание. Им стал флигель садовника в усадьбе Голицыных, построенный в XVIII столетии и перестроенный в XIX веке по проекту архитектора Михаила Быковского, — тот самый дом, который сегодня называют «Серой дачей».
Дом, который будто сошел со страниц его книг
Выбранный дом почти мистически перекликается с творчеством Константина Паустовского. В «Повести о жизни» писатель приводит слова своей бабушки: «Мир чудо как хорош, и человек должен жить и трудиться в нем, как в большом саду». И музей оказался именно в доме садовника.
Сам Паустовский признавался: «Лучше всего мне работается в мезонине деревянного дома». «Серая дача» — с мезонином, деревянными половицами и балкончиком — будто сошла со страниц его произведений. А окружающий парк напоминает лес Мещерской низменности — той самой, которую он воспел в знаменитой «Мещерской стороне». Об этих и многих других интересных фактах рассказывают на экскурсиях.
«В Москве нет памятника Константину Паустовскому, — говорит Анжелика Дормидонтова. — Но этот дом и есть памятник». Не мемориальный в буквальном смысле, но символический, воплощающий дух его прозы.
Волшебная шкатулка: экспозиция как путешествие
Однако атмосфера музея создается не только стенами. Главное — внутри. Экспозиция занимает всего 80 квадратных метров, но ее авторы превратили пространство в многослойное повествование. Пять залов — «Город», «Море», «Лес», «Мир», «Дом» — раскрывают ключевые темы творчества писателя. Их объединяет образ дороги, который проходит через всю его прозу.
Каждое помещение погружает в мир Константина Паустовского. Зал «Море» оформлен как палуба корабля: посетители слышат шум волн, чувствуют запах соли. «Лес» наполнен пением птиц и ароматом сосен. В каждом зале есть ольфакторные станции — колбы с флаконами, хранящими особые ароматы: они переносят посетителя то на берег Черного моря, то в сосновый бор Мещеры. Здесь можно услышать голос писателя, полистать семейный альбом — трогать его разрешено. В альбоме — самая ранняя фотография Паустовского: мальчик, который еще не знает, что станет великим.
«Наши гости оказываются в разных эпохах и географических точках, — отмечает Анжелика Дормидонтова. — Как сказала одна посетительница, это не просто музей, а волшебная шкатулка, в которой целый мир».
Дети обожают морской зал и лесную поляну, взрослые с удовольствием разглядывают рукописи. В музее много тактильных и игровых пространств: экспонаты расположены не только в витринах — многие выставочные зоны организованы так, чтобы с ними можно было взаимодействовать. Литература перестает быть абстракцией, и в этом главный замысел создателей музея: сделать Паустовского осязаемым.
Экспонаты, которые удивляют: от крабов до кошачьих фотографий
Среди сотен предметов есть те, что запоминаются особенно. Например, походный список, составленный Константином Паустовским в 1930-е для поездки в Мещеру: мясные консервы, корейка, омуль, крабы, синий костюм, черные туфли, калоши, пальто и берет.
«Многих забавляет, что крабы с собой надо взять обязательно, — смеется Анжелика Дормидонтова. — Сегодня крабы — деликатес, а тогда, в 1930-е годы, крабы воспринимались просто как рыбные консервы, доступные многим».
Другой неожиданный экспонат — бабочка с острова Борнео. Именно о ней Паустовский сочинил свою первую сказку в детстве. Или совок для вычерпывания воды из лодки — его он смастерил сам.
Фотографии котов, сделанные Константином Паустовским, представлены сейчас в музее на временной стендовой выставке. В Международный день кошек музей показал эти кадры, и это стало настоящим событием для любителей животных. Такие простые на первый взгляд снимки делают писателя живым, близким, настоящим. Они рассказывают о его привычках, увлечениях, о том, каким он был в быту.
Очки Паустовского, зеркало Скрябина: истории личных вещей в московских музеях«Мосбилет» знакомит с пушистыми обитателями московских музеев
Письмо Бунина: поворотный момент в судьбе
Самый ценный экспонат — открытка Ивана Бунина из Парижа. Ее история достойна отдельного рассказа.
В начале 1917 года 24-летний Константин Паустовский отправил Ивану Бунину свои стихи. Тот ответил: «Вы живете напетым со стороны. Ваш истинный удел — проза. Именно в прозе вы сможете достичь чего-нибудь значительного». Это письмо оказалось поворотным: Паустовский оставил мечты стать поэтом. Так Бунин, сам того не зная, определил его путь.
Через 30 лет Бунин, находясь в эмиграции, прочитал рассказ Паустовского «Корчма на Брагинке» — главу из «Повести о жизни». Он был потрясен. Не зная московского адреса Константина Георгиевича, 15 сентября 1947 года Бунин отправил открытку в типографию «Московский рабочий» — и она дошла.
«Дорогой собрат! Я прочел Ваш рассказ “Корчма на Брагинке” и хочу Вам сказать о той редкой радости, которую испытал я: если исключить последнюю фразу этого рассказа (“Под занавес”), он принадлежит к наилучшим рассказам русской литературы. Привет, всего доброго! Иван Бунин».
Паустовский считал эту открытку своей самой большой литературной наградой.
«Иван Бунин был строг и редко кого хвалил, — подчеркивает Анжелика Дормидонтова. — Константин Паустовский не декларировал, но внутренне поставил себе задачу: сохранить преемственность с классической литературой. И Бунин это почувствовал». Такая оценка стала для Паустовского не просто похвалой — она послужила подтверждением того, что он идет верным путем.
Паустовский, которого мы не знали
Для многих Константин Паустовский — автор трогательных детских рассказов. Но за этим привычным образом стоит великолепный стилист и новеллист, всемирно известный автор романов и повестей о России и ее выдающихся людях, кумир шестидесятников, хранитель и защитник русского языка и культурного наследия.
Он страстно любил море, мечтал ходить на кораблях. В 1914–1916 годах служил братом милосердия на Западном фронте Первой мировой войны, в 1941 году стал военным корреспондентом ТАСС. В музее хранится его удостоверение: маленькая книжечка, а в ней — информация о том, что Константин Паустовский провел на фронте около двух месяцев, получил контузию и был отозван для работы в тылу (в эвакуации).
Константин Георгиевич много фотографировал: в фондах — тысячи его снимков. Очень интересны виды мест, где путешествовал писатель. Немало кадров сделано в Тарусе — именно там он жил в 1950-1960-х годах.
Все эти детали — не просто факты. Они складываются в портрет человека, который оставался собой даже в самые суровые времена. И музей в Кузьминках дает возможность увидеть его таким.
Таруса и Москва: два полюса одного мира
Музей в Кузьминках — не единственное пространство, посвященное писателю. Есть еще Мемориальный дом-музей К.Г. Паустовского в Тарусе, где тоже проходят интереснейшие экскурсии. Эти две площадки — части единого, полного представления о жизни и творчестве классика. «Музей в Москве — литературный, с нестандартной экспозицией, — объясняет Анжелика Дормидонтова. — Это увлекательный экспозиционный спектакль о жизни и творчестве Паустовского. А в Тарусе — мемориальное пространство, сердце музея».
В Тарусе все сохранилось как при жизни писателя: кабинет, сувениры и подарки на столе. Среди них букет засушенных цветов, принесенный однажды Беллой Ахмадуллиной. Это пространство, где чувствуется любовь, уважение, гармония человеческих отношений.
Связь времен: как личная история директора переплетается с наследием Паустовского
Каждый, кто переступает порог «Серой дачи», делится с ней чем-то личным. Но есть люди, для которых этот дом становится не просто местом работы, а продолжением собственной судьбы. Анжелика Дормидонтова как раз из них. Ее путь к Константину Паустовскому начался с книги, случайно прочитанной много лет назад. «Рассказы о художниках» — сборник, где писатель обращался к творчеству живописцев. Открыв его, Анжелика почувствовала то, чего не находила в других книгах: в этих текстах не было искусствоведческой мудрености — только искренность и правда. Та встреча с книгой не стала мгновенным откровением, но навсегда осталась в памяти.
Спустя годы Анжелика Дормидонтова оказалась в Музее К.Г. Паустовского в Кузьминках. Переступив порог «Серой дачи», она, как и многие посетители, ощутила ту самую обманчивую достоверность: «Кажется, что писатель жил именно здесь». Чувство присутствия, которое рождается не только из экспонатов, но из воздуха, света, запаха старого дерева, стало для нее главным открытием. Сегодня Анжелика Дормидонтова видит свою задачу в том, чтобы этот особый дух не угас, чтобы каждый гость мог прикоснуться к наследию Константина Паустовского не как к музейному объекту, сделать его частью живого разговора.
Именно для этого в музее бережно хранят фонды — крупнейшее собрание материалов о писателе в мире: рукописи, дневники, письма, прижизненные издания, фотографии, личные вещи. Среди них та самая книга «Рассказы о художниках», с которой когда-то начался путь директора. Она стоит на полке не как экспонат, а как напоминание: каждое открытие начинается с личной встречи.
В музее Константин Паустовский становится собеседником. Его вещи, рукописи, письма складываются в портрет человека, который верил: «Мир чудо как хорош!» Этот музей не просто хранит память — он сохраняет само присутствие писателя. Ради этого точно стоит сюда прийти.
Билеты в музей можно приобрести с помощью сервиса «Мосбилет».
Оперативно узнавайте главные новости в официальных каналах города Москвы в мессенджерах «Макс» и «Телеграм».
