Истории «кораблиного дома». Изучаем новую выставку Дома-музея Марины Цветаевой

2022 год для Дома-музея Марины Цветаевой станет особенным. Впереди череда юбилеев — 130-летие со дня рождения поэтессы, 110-летие со дня рождения ее дочери Ариадны Эфрон, 100-летие с момента их отъезда из дома в Борисоглебском переулке в эмиграцию и, наконец, 30-летие со дня открытия в этом здании дома-музея.

Новая выставка «Дом необычайной судьбы», открывшаяся в музее 19 мая, — первое большое событие юбилейного года и дань уважения старинному дому, которому в этом году исполняется 160 лет. Он пережил две мировые войны, революцию и Гражданскую войну, разруху, перенаселение советских лет и сохранился таким, каким был запланирован и построен в 1862 году. В 1979-м коммунальный дом решили снести, но началась борьба за его сохранение, растянувшаяся почти на 10 лет и завершившаяся победой поклонников творчества Марины Цветаевой. В 1992 году музей распахнул двери для первых посетителей.

Восстановить историю этого дома сотрудники музея смогли благодаря документам Центрального государственного архива Москвы и участию некоторых бывших жильцов. О новых открытиях и важных вехах в жизни дома mos.ru рассказала Марина Доронина, куратор выставки, старший научный сотрудник Дома-музея Марины Цветаевой.

Дом как коробка с сюрпризами

При входе в бывшую квартиру 4, где жили соседи Марины Цветаевой — семья педиатра Лядского, находится макет дома, установленный на постамент с выдвигающимися ящиками. В ящиках — документы, связанные с его строительством и созданием музея Марины Цветаевой. Со стен смотрят фотографии бывших жильцов, здесь же — их истории от первого лица. Большинство из них создано в жанре исторической реконструкции на основе архивных документов, воспоминаний, дневников. Но есть и тексты, написанные героями специально для выставки.

Дом необыкновенной планировки всегда притягивал людей интересной судьбы. Среди его жильцов были врачи, ученые, юристы, торговцы, представители творческих профессий. Фото людей, о которых не удалось ничего выяснить, размыты. Посетителям предлагается забрать на память «визитки» жителей — карточки с именами и датами — и попробовать самостоятельно отыскать информацию о них.

«На этой выставке дом предстает в образе маяка. Этот маяк освещает нам путь и помогает не сбиться с курса в путешествии в глубины истории, — говорит старший научный сотрудник Дома-музея Марины Цветаевой Марина Доронина. — Однажды Марина Цветаева сравнила свой дом с коробкой с сюрпризами. Снаружи это действительно ровная, почти прямоугольная коробка. Но за строгостью внешней формы скрывается невероятная свобода, неожиданность и изменчивость помещений. Благодаря откидывающейся крышке и отодвигающимся уровням мы имеем возможность все это рассмотреть».

Долгое время имя архитектора, создавшего дом, оставалось неизвестным. В Главархиве сохранились проекты 1859 и 1860 годов, но ни на одном из них не было подписи автора. При подготовке к выставке исследователями был найден еще один, 1862-го, с авторскими чертежами за подписью Казимира Гриневского, автора двух зданий в столице и родственника известного писателя Александра Грина (отец архитектора был родным братом деда писателя). «Возможно, мечта о море, о корабле была близка архитектору так же, как автору “Алых парусов”. С этим перекликается известное высказывание Марины Цветаевой: “Что-то кораблиное есть в этом доме”», — считает Марина Доронина.

Одна из стен посвящена людям, которые владели домом с 1862 по 1917 год. Первой из них была Александра Собко, жена Якова Собко, лично знакомого с Казимиром Гриневским. Ее вторым мужем стал известный акушер-гинеколог Владимир Кох. «Родился 14 июля 1856 года. Жил в Борисоглебском переулке с 1860-го по 1870-й. Мой отец, Яков Иванович Собко, умер, когда мне было 10 лет. Вскоре мать повторно вышла замуж. Второй муж моей матери оказался замечательным человеком, он никогда не ругал и не поучал меня. Узнав, что университетские науки для меня скучны, он выдал мне справку, в которой рекомендовал продолжительное лечение за границей», — вот фрагмент истории, написанной от имени сына Александры Собко Дмитрия.

Известно, что молодой человек был отчислен из Императорского Московского университета, в 1905 году стал совладельцем типографии Г. Лисснера и Д. Собко, занимался изданием художественной и справочной литературы.

На протяжении 16 лет, до 1891-го, домом владела семья Цветаевых (однофамильцев). Александр Цветаев был секретарем в департаменте Сената. Его старший сын Вячеслав, живший здесь с 1875 по 1883 год, окончил военное училище и воевал на фронтах Первой мировой. «Я родился одновременно с этим домом. Впервые увидел его, когда мне было тринадцать, и покинул его, когда мне исполнился двадцать один год», — читаем в тексте, написанном научными сотрудниками музея от лица Вячеслава.

Арвед Клумберг приобрел дом в августе 1916 года за огромную по тем временам сумму — 180 тысяч рублей. Но в роли домовладельца он пробыл недолго — грянул 1917-й, а с ним и отмена частной собственности.

Арендаторы и Марина Цветаева

Следующая стена рассказывает об арендаторах квартир доходного дома. На выставке представлены лишь некоторые из них. В период с 1912 по 1915 год квартиру 4 занимала семья Петкевич. Глава семьи Леон был предпринимателем. В экспозиции представлена копия газеты 1913 года, в которой он рекламирует турбинные пылесосы. Этот предмет обихода появился в XIX веке — первые модели были габаритными, поднять такой пылесос могли только несколько человек одновременно. Супруге предпринимателя Елене уделено больше внимания — точнее, ее целеустремленности. В архивах было найдено написанное ею прошение об учебе на высших женских курсах медицинского факультета.

«Это трогательное описание всей жизни Елены: она рассказывает, что всегда мечтала учиться, но судьба препятствовала ее желанию. Она предпринимала несколько попыток, но все были неудачными. Затем вышла замуж и родила детей. Известно, что женщина достигла желаемого — в архивах было найдено свидетельство о присвоении Елене Петкевич звания зубного врача», — рассказывает Марина Доронина.

Конечно, центральная фигура экспозиции — Марина Цветаева, благодаря памяти о которой сохранился дом. Она прожила здесь восемь лет — с 1914 по 1922 год. В них уместились счастливая жизнь до революции, период нищенства и выживания, поэтическое становление. Создатели выставки составили текст от имени ее дочери Ариадны Эфрон, родившейся в 1912 году, на основе ее записей: «Моя мать очень странная. Ее любимый день — Благовещение. Она грустна, быстра, любит стихи и музыку».

На первом этаже в квартире 2 жила семья Гольдманов — близкие друзья семьи Цветаевых. Ариадна летом ездила к ним на дачу. Надежда Гольдман жила в Борисоглебском с 1913 по 1920 год. В своих воспоминаниях она рассказывает о революции и о прощании Марины Цветаевой с домом.

«Интересно, что в доме, построенном в качестве доходного, были не только жилые квартиры, но и учебные заведения. Весь второй этаж до 1906 года занимала музыкальная школа, а после нее в квартире 3 размещалась художественная школа живописи и ваяния. Владельцами обеих школ были женщины», — продолжает Марина Доронина.

Сны о доме и дежурства на крыше

После отъезда Марины Цветаевой жизнь в доме продолжалась, но стала иной. Квартиры стали коммунальными, и в бывшей квартире поэтессы теперь жило много людей. В одной из комнат поселился музыкальный редактор Лев Калтат. Его жена Ирина работала на радио, которое в 1930-е было совсем молодым.

В бывшей комнате Сергея Эфрона площадью 24 квадратных метра жила семья Степуниных из 11 человек. Анатолий Степунин, которому в 1941 году было 16 лет, с первого дня налетов на Москву немецкой авиации вместе с другими подростками ликвидировал пожары. «Мое поколение военное. Мы осознали себя на войне, свою ответственность перед предками и наследниками, перед землей и народом. Все наши права и обязанности обратились в одно слово — долг», — написал Анатолий Степунин.

В 1923 году ордер на комнату в квартире 3 получила семья Виноградовых. «Комната очень низкая, достаточно темная, потому что окошко находится чуть в стороне», — такое описание комнаты Марины Цветаевой от 1925 года сохранилось в архиве семьи Виноградовых. Три ее поколения жили здесь в течение почти 50 лет — в 1974-м они получили отдельную квартиру. Татьяна, младшая представительница семьи, приняла живое участие в подготовке выставки, предоставила вещи, документы и фотографии из личного архива. «Жила в Борисоглебском переулке с 1965 по 1974 год. Не ощущала ужасов коммуналки. Любила старые стены, вечером гулять и смотреть на загадочную, уютную жизнь в окнах. Дом мне часто снился. Снился, когда в жизни должны быть перемены, как будто предупреждал, охранял и давал сил», — вспоминает Татьяна Виноградова.

Многие вещи, фотографии и тексты для выставки предоставил Виталий Катаев, очевидец борьбы за сохранение дома, сын Надежды Катаевой-Лыткиной — искусствоведа и основателя Дома-музея Марины Цветаевой. Она жила в квартире 1 на первом этаже после Великой Отечественной войны. Когда в 1979 году дом решили снести, она отказалась выселяться из уже отключенного от коммуникаций строения и добилась его сохранения.

Надежда Катаева-Лыткина стала первым историком дома, именно она разыскивала его бывших жильцов, собирала фотографии и воспоминания. Виталий Катаев жил здесь с рождения до 1991 года. Его воспоминания одни их самых трогательных — он рассказывает о том, как у него появился черный котенок Пусик.

Выставка «Дом необычайной судьбы» продлится до 12 февраля 2023 года.